«Бросились тушить, сняв шинели и применяя их. Согрелись все. Я получил выговор..» | Муниципальное казенное учреждение "Нижнетагильский городской исторический архив"

Муниципальное казенное учреждение
«Нижнетагильский городской исторический архив»



«Бросились тушить, сняв шинели и применяя их. Согрелись все. Я получил выговор..»

Илья Сергеевич Юрьев

Воспоминания Ильи Сергеевича Юрьева, ветерана Великой Отечественной войны.

«Пока бьется сердце, надо жить и творить хорошие дела для нашего русского человека, который этого очень заслуживает».
Илья Сергеевич Юрьев

«…В Детском доме я находился до 1941 года. Как только объявили войну, меня, Толю Парфенова и Семена Дурнева выпустили, вернее, сопроводили в образованное от механического завода ремесленное училище № 22, откуда в 1943 году по повестке Киселевского горвоенкомата призвали в РККА — Рабоче-Крестьянскую Красную Армию. В ремесленном училище мы на токарных станках вытачивали из труб заготовки для стволов минометов и снарядов для «Катюш». Впоследствии, в Благовещенске на учебных стрельбах из минометов я сказал командиру, что точил эти стволы, и мне было приказано произвести первый выстрел. Командир — помкомвзвода старший сержант Запрудин Аркадий Григорьевич, 1916 года рождения — душевный человек, узнал, что мне не пишут письма («Некому…» ) и я не пишу, написал в центральное Справочное бюро (так называет И.С.) , оттуда пришел уточняющий запрос лично мне и курьер кричит: «Красноармейцу Юрьеву письмо!». Аркадий Григорьевич стоит рядом, делает вид, что смотрит газеты. Не разрешал младшим командирам поднимать голос на солдата.

Итак, призвали в РККА, погрузили в вагоны, отвезли в Читу, помыли, переодели в военную форму, включая буденовки, полушубки, валенки. В ноябре 6 числа меня призвали, а в декабре этого же года я  уже был на Дальнем Востоке в 60-70 км от города Благовещенска Амурской области в степи в казармах под землей, где находилась наша часть 57 стрелкового полка 12 стрелковой дивизии. Я — «второй номер» станкового пулемета «Максим» красноармеец Юрьев. Так началась моя уже армейская настоящая жизнь — солдата, советского воина. Интересная деталь: всем поголовно новобранцам перед баней сделан медосмотр и дано направление на удаление аппендикса. Кроме меня. Врач сказал: «Орел!» и отправил без операции, видно, как самого маленького по росту красноармейца.

Служба дни и ночи, вернее учеба. Военное мастерство приходилось изучать в пересеченной местности, на дальневосточных холмах и форсировании великих рек — Амура, Зеи, Хунгари и преодолении величайшего хребта Сихотэ-Алиня. Не раз были на берегу Тихого океана, где волны,  порой до 5 и больше метров, плескались на берег, а потом уходили назад, вылизывая песок.

Помню, сидишь у амбразуры дота и смотришь на ледяной Амур, а с другой стороны за тобой тоже смотрят неприятели и причем нагло выстраиваются во фронт с вынутой наголо саблей с криком «Банзай!» бегом бегут на нашу сторону, а ты сидишь и думаешь: неужели сейчас раздастся боевой клич на родном языке «Амур бушует!». Это значит 2-й фронт на Дальнем Востоке! Но все прошло благополучно в нашу пользу.

Однажды на учебных стрельбах глубокой осенью было очень ветрено, холодно. Красноармейцы мерзнут в ожидании приказа. Я предложил разжечь костер. А кругом сухая трава чуть не в рост человека. И занялось! Бросились тушить, сняв шинели и применяя их. Согрелись все. Я получил выговор.

В 1945 году 8 августа нас подняли по боевой тревоге «Амур бушует!» — это наш воинский сигнал. Отечественная война на западной границе уже закончилась, а мы сидели в дотах на границе у Амура в ожидании происков восточного врага…»

записано Исуповым Юрием Даниловичем,
председателем Нижнетагильского городского совета Всероссийского общества изобретателей и рационализаторов, со слов Ильи Сергеевича Юрьева.

Метки: ,



Не комментируется.